В 2 года Алан перестал реагировать на речь родных, мама подумала, что проблемы с слухом. Ребенка повезли в Уфу (Башкирия). Уфимские врачи обследовали мальчика, диагностировали некоторые сложности со слухом, но причиной возникших проблем они быть не могли. Семье рекомендовали МРТ-исследование.
Пришлось ехать в столицу. В Москве обследование показало детский ранний аутизм. Это не лечится, возможна лишь коррекция.
Гульнара долго не могла принять тяжелый диагноз. Постепенно начала изучать заболевание сына, читала статьи, ходила на консультации к специалистам. Одни советовали ждать, другие, наоборот, просили не откладывать и максимально заниматься ребенком. «За это время мы добились неплохого результата. Конечно, впереди много работы по коррекции поведения и специальное обучение. Когда только начинали, было тяжело: сын не понимал, что от него хотят, протестовал, бился головой, сильно кричал», — рассказывает мама.



Мальчик очень добрый, любит играть с детьми — увы, они не всегда понимают Алана и отталкивают. Он любит музыку, рисования и лепку. Не все получается идеально, но мальчик очень старается.
Ребенок уже прошел 5 курсов платной реабилитации в Самаре. Семьи, в которых растут дети аутисты, посоветовали пройти курс реабилитации в московском научно-терапевтическом центре проф. Скворцова. Лечение там сложное, медикаментозное, но именно после него Алан впервые начал говорить.
По прогнозам врачей у Алана очень хорошие перспективы, если будут стабильные лечение и реабилитация. Останавливаться сейчас нельзя.
Сейчас ребенку необходим курс реабилитации в детском реабилитационном центре «Наш солнечный мир», который стоит 109 350 рублей. Самостоятельно оплатить курс мама не может. Гульнара в одиночку обеспечивает двух детей, семья проживает в арендуемой квартире.
Помочь семье можно, сделав целевое пожертвование на этой страничке.